Большое Сеськино (в документах — Большое Сескино) — деревня Дальнеконстантиновского округа при речках Шишлейке и Кирмети, в прежней Терюшевской волости Нижегородского уезда.[1][4] Из этой деревни вышли оба вождя терюханских выступлений: Несмеян Васильев, возглавивший Терюшевское восстание 1743 года, и Кузьма Алексеев, которого терюхане начала XIX века звали Кузькой-богом.[2][5] По эрзянски деревня звалась Покш Сеськевеле.[5]
Откуда деревня
Предание, записанное в самой деревне, ведёт её от двух братьев-эрзян по прозвищу Сеськины: они облюбовали в лесу два удобных места в двух километрах друг от друга, к ним стали подселяться другие — так появились Большое и Малое Сеськино.[3] Архивные сведения о деревне есть с XVII века.[3]
Свод «Списков населённых мест» описывает Большое Сескино как деревню владельческую при речках Шишлейке, Кирмети и пруде, в 64 верстах от уездного города, по левую сторону тракта, по притокам речки Озёрной: 118 дворов, 243 мужчины и 306 женщин. Жители относились к приходу двух церквей села Сарлей — Успенской и Никольской.[1]
Деревня принадлежала графине Сен-При, дочери князя Георгия Грузинского: Терюшевская волость с 1700 года была пожалована грузинским царевичам и оставалась во владении их семьи.[5]
| Что записано | Значение |
|---|---|
| Тип | деревня владельческая |
| Положение | при речках Шишлейке, Кирмети и пруде |
| От уездного города | 64 версты |
| Дворов | 118 |
| Жителей | 243 мужчины, 306 женщин |
| Приход | Успенская и Никольская церкви села Сарлей |
1743 год: Несмеян Васильев
Когда 18 мая 1743 года епископ Димитрий (Сеченов) велел сжечь мордовское кладбище у сарлейской церкви, первыми на обоз архиерея вышли жители Сеськина.[2] Через несколько часов у сарлейского оврага собралось до пятисот человек с ружьями, рогатинами, стрелами и дубьём.[2]
Восстание возглавил эрзянин Большого Сеськина Несмеян Васильев; его ближайшими помощниками называют Пумраза Семёнова, Шатреса Плакидина, Котряна Андрюшина и Дружину Цянаева. Решающий бой правительственные войска дали у деревни Лапшиха 26 ноября 1743 года; предводителей взяли в плен, а Несмеяна Васильева публично сожгли в Сарлее.[2]
Официально крещение волости завершилось к середине XVIII века, но старая вера от этого не исчезла: она держалась рядом с новой ещё полтора столетия.[5][7]
…из некрещёной деревни Сескина во множественном собрании некрещёных идолаторов со оружием и з дубьем, закричав своими воровскими ясаками, учинили на обоз его преосвященства разбойничье нападение
Кузька-бог
Через полвека с небольшим деревня дала терюханам второго вождя. Крепостной крестьянин Кузьма Алексеев, поташник сорока пяти лет, в 1808—1810 годах проповедовал скорый конец века и возвращение мордовской веры, а вместе с ней — освобождение мордвы от господ и оброка.[5][7]
Проповедовал он, сидя на дереве в священной роще, а обряды правили в керемети близ Малого Сеськина. Нижегородская палата уголовного суда осудила его, и он был сослан в Иркутскую губернию; в терюханских сёлах он остался Кузькой-богом — фольклорным образом, к местам которого ещё в середине XX века водил школьников учитель Михаил Жуков.[5][7]
Кельи, Кирметь, Мольбы
Имена урочищ у обоих Сеськиных выдают, чем эти места были до крещения. Ономастическая запись 1978—1980 годов сохранила в Большом Сеськине часть деревни, которую зовут Кельи, а рядом — речку Кирметь, лес Кузьмерь, речку Шишлей и Вшивую горку.[4]
У Малого Сеськина в той же записи стоят лес и овраг Мольбы, Мордовское поле, та же Кирметь и Кузьмерь, а сама деревня носит второе, обидное имя Чертовка.[4] Кирметь — того же ряда, что кереметь, священное место мордовских молений; Мольбы говорят сами за себя.[4][7]
Малое Сеськино вошло в число пунктов бывшей Терюшевской волости, которые обследовала экспедиция 2015 года: её находки — орудия труда, оружие, конская упряжь, украшения, керамика — показаны на выставке «Мордва-терюхане: свидетельства прошлого».[6]
Деревня сегодня
Большое Сеськино остаётся деревней Дальнеконстантиновского округа; эрзянской речи здесь нет уже больше века — терюхане потеряли язык раньше всех прочих групп мордвы, сохранив обряд, костюм и отдельное самосознание.[7][8]
Для нижегородской эрзи это одна из главных точек на карте: два восстания за одно столетие вышли из одной деревни, и оба — не о вере в узком смысле, а о праве жить по-своему.[2][5]
Источники
- nashipredki.com — НашиПредки — Деревня Большое Сескино Нижегородского уезда: выписка из свода «Списков населённых мест», приходы и архивные документы
- dangralas.ru — Лапшиха: свод материалов о Терюшевской волости, с указом Синода 7 июля 1743 года и очерком о ходе восстания (архив)
- uistoka.ru — У истока — История деревни Большое Сескино (архив)
- opentextnn.ru — Открытый текст — И. Л. Мининзон. Ономастика терюхан (сборы 1978—1980 годов) (архив)
- ngiamz.ru — Нижегородский музей-заповедник — А. В. Сорокина. «Позиция его была — добрые дела». Михаил Васильевич Жуков (архив)
- museum.unn.ru — Музей Университета Лобачевского — Выставка «Мордва-терюхане: свидетельства прошлого», 30 июня 2017 (архив)
- vostlit.info — Русское обозрение — А. Титов. Терюшевский бунт. № 9, 1893: промемории консистории и расспросные речи (архив)
- opentextnn.ru — Открытый текст — П. И. Мельников-Печерский. Очерки мордвы, введение («Русский вестник», 1867) (архив)