Авианалет 4 ноября — различия между версиями

Версия 21:44, 11 ноября 2010

Это незаконченная статья! Вы поможете развитию проекта, если пополните статью хорошей Нижегородской Информацией. Как писать смотреть Тут.

Сбитый немецкий самолет выставлен на пл. Минина. ВПЧ. Альбом "Нижегородская фотография. 1917-1970"

Немецкая карта г. Горького с указанием целей для бомбардировщиков

4 ноября 1941 г. был совершен первый налет немецких бомбардировщиковна Нижний Новгород (тогда — город Горький), приведший к большим человеческим жертвам.

Немецкие летчики махали горьковчанам руками

Погода в тот день была холодная и мрачная, вполне отражавшая настроение горьковчан во время наступления вермахта на Москву. Город, еще недавно находившийся в глубоком тылу, становился, по сути, прифронтовым. Над Горьким висели свинцовые тучи, время от времени просвечивавшиеся слабым ноябрьским солнцем.

День уже клонился к концу, когда около 16.10 жители Ворошиловского (Приокского) района услышали в небе рев моторов. Взглянув вверх, они увидели внезапно вынырнувший из облаков двухмоторный самолет, на его серо-голубых крыльях отчетливо виднелись черные кресты. Сделав несколько кругов над кварталами, он сбросил бомбу на завод им. Ленина. Вслед за этим в главном четырехэтажном корпусе прогремел мощнейший взрыв, от которого обрушилась большая часть здания. В небо поднялся высокий столб черного дыма, огня и пыли, который было видно из всех частей города. Только после этого послышались гудки воздушной тревоги, а из района Тобольских казарм начали палить зенитки. На расположенном напротив пострадавшего предприятия заводе радиоаппаратуры им. Фрунзе во всех цехах вылетели стекла и осыпалась штукатурка. Пилот же «Хейнкеля» спокойно повел самолет к Кремлю, попутно осматривая местные достопримечательности. При этом летчики, почти как в фильме Михалкова «Утомленные солнцем-2», высовывались из кабины и махали испуганным жителям руками.

Тем временем к городу приближались еще два бомбардировщика. Это были «Хейнкели-111», хорошо знакомые жителям Варшавы, Лондона, Ленинграда и других городов Европы. Пройдя над окрестными деревнями и наведя страх на колхозников, они около 16.20 на предельно малой высоте появились над Автозаводским районом. Самолеты с ревом пролетали над головами людей, направляясь в сторону завода. Один бомбардировщик шел над нынешним проспектом Молодежным, второй – в четырехстах метрах левее, над проспектом Ильича. Анна Сорокина, в это время находившаяся на улице, вспоминала потом: «Они летели, как на параде, едва не задевая брюхами крыши и печные трубы». В эти самые секунды Надежда Надёжкина, находившаяся на своем посту на крыше заводоуправления ГАЗа, тоже отчетливо видела на фоне сумеречного неба два самолета, на малой высоте приближавшихся с запада. Девушка нервно перебирала лежавшие перед ней фотографии бомбардировщиков, пытаясь сравнить их с увеличивающимися в размерах оригиналами. Когда самолеты полетели уже над заводской территорией, Надёжкина еще надеялась, что, может быть, это свои, но тут она увидела, как от одного из них отделились четыре бомбы, с воем устремившиеся вниз прямо на ремонтно-механический цех. А еще через мгновение все вокруг сотряс грохот взрывов, и в небо взметнулись столбы огня и дыма. Как потом оказалось, три бомбы попали в середину корпуса, четвертая взорвалась на улице между РМЦ и электроподстанцией монтажно-штамповального цеха. В здании рухнули перекрытия, полностью обрушилась восточная торцевая стена, вышибло почти все перегородки. Одна из бомб разорвалась прямо в столовой, и все находившиеся внутри рабочие были разорваны в клочья. Второй «Хейнкель» сбросил бомбы на Автозаводскую ТЭЦ. Одна взорвалась в строившейся западной части здания, полностью разрушив ее, вторая проломила крышу, но застряла в стропилах и, повиснув над котлами, не взорвалась.

На заводе поднялась паника, и многие рабочие, покинув цеха, побежали к проходным. Тем временем один самолет сделал круг над заводом, при этом бортстрелок дал одну за другой три пулеметные очереди по проходной и по бегущим к ней людям. Надёжкина вспоминала: «Спускаясь в укрытие чердачного помещения, я видела, как рядом выкрашивается штукатурка от потока пуль, и слышала их смертоносное жужжание…» Уходя на запад, бомбардировщики обстреляли улицы Автозаводского района, а также ехавшие по ним автомобили и конные подводы.

Бетхер и его команда

В налете участвовали опытнейшие немецкие летчики из бомбардировочной авиагруппы KGr.100 «Викинг», в том числе известный ас Ханс Бётхер, до этого много раз бомбивший Москву. У них имелись подробные фотографии города с указанием всех важных объектов. Противовоздушная оборона города создавалась методом импровизации, и к ноябрю 1941 г. она в основном состояла из 76-миллиметровых орудий образца Первой мировой войны. Огонь батарей велся беспорядочно и хаотично, не создавая немцам никаких помех.

В 16.40 появился еще один «Хейнкель». Бомбардировщик шел с южного направления, со стороны деревни Анкудиновка, и летел низко над железной дорогой. Двухмоторная махина с ревом пронеслась над станцией Мыза. Некоторым жителям даже удалось разглядеть подвешенную под фюзеляжем огромную бомбу. Неожиданно вынырнув из-за гористого берега, самолет пролетел над Окой и с пологого пикирования сбросил «груз» на завод «Двигатель революции». Сильнейший взрыв прогремел в здании силовой станции предприятия, в котором находились паровые котлы, дизельная, компрессорная и трансформаторная подстанции. Рабочие, находившиеся в соседних цехах, от сотрясения повалились на пол, затем сверху на них посыпался настоящий дождь из осколков стекла световых фонарей.

Естественно, на городских улицах началась паника: пассажиры на ходу выпрыгивали из трамваев, шоферы бросали автомашины прямо на дороге и убегали, толпы людей сломя голову бежали к укрытиям. Начиная с 17.15 немецкие самолеты произвели еще несколько налетов на Горький, продолжавшихся до поздней ночи.

Утром 5 ноября собралось на экстренное совещание бюро Горьковского обкома партии. После выяснения общих результатов налетов было принято постановление о ликвидации последствий бомбардировки. Утренние газеты же вышли без единого намека на трагические события. Так, «Горьковская коммуна», ни слова не сообщая о налетах на город, поместила огромную статью «В фонд обороны Родины», в которой говорилось, как горьковчане в едином порыве сдают на нужды войны рояли, личные автомашины, упитанных баранов и т.п.

«Это было страшное зрелище»

Между тем на заводе им. Ленина продолжались спасательные работы на развалинах главного корпуса. Большие глыбы растаскивали «полуторками» и тракторами, а мелкие обломки – вручную. Сварщики резали погнувшуюся и искореженную арматуру. «Самое неприятное ощущение испытывали, когда, разгребая щебенку, понимали, что лопата упиралась в мякоть женской или мужской ноги», — вспоминал потом Борис Увяткин, работавший тогда ведущим инженером на предприятии. Часть людей по-прежнему оставалась под завалами и получала воду и пищу через небольшое отверстие. На ГАЗе весь день тоже прошел в раскопках. Наиболее страшная картина наблюдалась в разрушенном ремонтно-механическом цехе. Оттуда то и дело выносили завернутые в брезент изуродованные человеческие останки, предъявляя их на опознание собравшимся здесь родственникам. Кто-то узнавал своих по оторванной кисти руки с часами, кто-то по куску ноги с ботинком. Многие трупы вообще не подлежали опознанию. Один из очевидцев потом вспоминал: «Это было страшное зрелище. Вот мать узнает свою дочь по окровавленному платку и сережке. У женщины тут же начинается истерика, ее подхватывают под руки другие рыдающие родственники…» Затем опознанные останки грузили на грузовики и везли на Автозаводское кладбище. Большая же часть завода, несмотря на повреждения, продолжала работать.

Точное число жертв из-за халатного и откровенно наплевательского отношения к их учету так и осталось неизвестным, но на основании различных обрывочных данных можно предположить, что тогда погибли не менее 300 – 350 человек. В послевоенные годы подробности этого страшного налета и его последствия всячески скрывались от общественности, а действия противовоздушной обороны, напротив, выпячивались как суперэффективные. И это при том, что зенитные батареи, выпустив свыше 13 тысяч снарядов не причинили бомбардировщикам никакого вреда. Поэтому до сих пор, спустя уже семь десятилетий, 4 ноября так и не стало памятной датой, а в городе не установлено ни одного общедоступного памятника жертвам бомбардировок, не считая пары небольших мемориальных досок на «Нителе» и на ГАЗе.

Источник: "Ленинская Смена", N45 за 2010 г.

Обсуждение и рассказы нижегородцев

Детская рука на Ковалихе

Тема о том, что нельзя забывать эту трагедию. Еще живы люди, которые помнят бомбежки города. Один человек из нашей семьи в войну видел оторванную детскую ручонку на Ковалихинской улице, она лежала на внешнем подоконнике одного из домов. Если не ошибаюсь, на Бугровском кладбище есть братская могила погибших на Автозаводе. жизнь взаймы, Городской форум НН.РУ

Летчики махали руками и ржали, пролетая над бараками

Мать рассказывала про этот налёт. Как раз их удивило, что фашисты делали это как на параде. Махали лётчики руками и ржали, пролетая над бараками. Напротив УГЖД есть магазин в пятиэтажке. На козырьке стояла зенитка. Плохо помню из рассказов, но кажется там мой дед со стороны матери и дежурил. Dr.Qy, Городской форум НН.РУ

Гибель работников "Сокола" по ночам и во время испытаний

У меня бабушка работала на авиационном заводе в то время. Рассказывала, что приходили утром на смену, а около станков - трупы 16-летних, умерших в ночную смену от холода и недоедания. А, перед сменой они шли расчищать от снега аэродром, где проводились испытания. Еще рассказывала, сколько народу разбилось во время испытательных полетов. А работницы завода убирали трупы, обломки, снова чистили снег и шли к станкам. В 41-м ей было 17 лет. Гадкий я, Городской форум НН.РУ

Смотрите также

• Завод имени Ленина (НИТЕЛ)

• Приокский район

• Горьковский Автозавод

• Автозаводский район

• Авиазавод Сокол