Кардавиль


Материал из Энциклопедия Нижнего Новгорода

Перейти к: навигация, поиск
Mys-11036276946sila3.jpg Народные герои одобряют эту статью
Поэтому рекомендуют продолжать текст в том же духе

Кардавиль, Кардавирь (эрзнск. лесная застава) – историческое село в Шатковском районе. В документах известно с 1578 гг.

Административно входит в состав городского населения Лесогорск.

Преобладает эрзянское население.

Памятник градостроительства и архитектуры – Покровская церковь (Покрова Богородицы). Датировка объекта – 1837 год (по «Государственным спискам памятников истории и культуры Нижегородской области», по сведениям краеведа Владимира Бакунина – храм построен с 1903 года). Документ о принятии на госохрану № 286. Около храма находится некрополь Баженовых – владельцев села, потомков зодчего В.И.Баженова. См. «Василий Баженов и земля нижегородская: предположения, гипотезы, факты».

GPS-координаты объекта: N55.123738 E43.864466

Поэтика Кардавиря[править]

Безстуж Анамасов, Богдан Кистанов, Иван Снадеев, Учеть Чеутанов, Лапш Анамасов, Суморок Васильев, Григорий Пеляхин – это имена первых поселенцев. Звучит непривычно для нашего слуха. А все потому, что история села насчитывает более четырех столетий. Первые упоминания о старинном эрзянском селе можно найти в Арзамасских поместных Актах за 1578 – 1618 гг.

По рассказам местных старожилов, название села старые люди произносили первоначально как Кардавирь. «Вирь» по-эрзянски -«лес». «Кордон в лесу» - так звучит в переводе на русский язык название села.

Вполне естественно, что за несколько столетий существования на одном месте народ выработал для себя определенные нравственные ценности и нормы жизни. Огромная любовь к лесу существует в крови эрзянского народа нагенетическом уровне. Эта народная традиция до сих пор бережно передается из поколения в поколение.

Наши края - дивные по своей красоте, что лишний раз напоминает о мудрости предков, выбравших для жизни эти места.

Где дубравы и березки, Ипросторы вдаль и вширь, Есть село с названьем броским И певучим – Кардавиль.

То, что место есть такое, Миру просто повезло, Ведь оно хорошим людям - Родословное гнездо.

Здесь сирень цветет по вёснам У прадедовских могил. Кардавиль – наш плот и вёсла, Как бы ветер не штормил.

Сейчас коренных жителей в селе осталось меньше, чем первых поселенцев. Судьба разбросала многих далеко от родимых мест, но магическая, трудно объяснимая связь человека с местом его рождения сохраняется на всю жизнь.

Что могут сказать непосвященному человеку такие слова, как Начколей, Печкерлей, Эркелей, Лапшилей, Кирмалолей? Ровным счетом ничего, простой набор звуков. А для каждого, кто родом из Кардавиля, – это знакомые с детства овраги, непохожие один на другой.

А рощи, окружающие село, - одна другой краше! В сельской жизни деревья осуществляют связь времен и объединяют воедино судьбы разных поколений. В лабиринтах времени постепенно исчезает память о первых жителях села, но рощи, когда-то названные ими, живут по сей день под своим именем.

Ошлей и Лапкапря – две ореховые рощи, раскинувшиеся прямо за околицей; Каракшлей – светлая березовая роща с крепкими осенними боровиками по косогорам;

Курилово – окутанная легендами, таинственная лиственная роща с болотистыми влажными оврагами, усыпанными весною золотыми лепестками купавниц, поэтически названных на местном наречии «вергезынь баякат» -волчьи колокольчики.

Прямо за действующим карьером изящно изогнулась Кумбра (измененное в местном диалекте эрзянское слово «шумбра» - здоровье). Это третья ореховая роща, окаймленная по краям черемухой и кустами калины.

Каждый бугорок, овраги, ручеек памятнас детства, каждая тропинка исхожена, запечатлена в глубине сердца. Именно из этой тесной привязанности к родным местам рождается чувство сопричастности с судьбой малой родины.

Кардавирьская драма[править]

Лет семь тому назад, а, может быть, и больше, сама природа сотворила чудо и сделала жителям села Кардавиль необычный подарок. На пологом склоне оврага Кирмалолей как-то незаметно для всехподросли березки, редкие пушистые сосенки, а между ними появились многочисленные земляничные и клубничные поляны, украшенные ромашками и крупными лесными колокольчиками. Щебет птиц, воздух, напоенный разнотравьем, море земляники – настоящий земной рай в десяти минутах ходьбы от села!

Узенькая лесная полоска земли тянулась вдоль всего оврага на 2 – 3 км, но сколько радости и здоровья успелаона принести людям! Внуки, приезжающие на лето к своим родным, пропадали в рощецелями днями. Взрослые отпускали их без опаски: заблудиться было невозможно: с одной стороны- овраг, с другой – село. Дети приносили целебную ягоду бабушкам и дедушкам, угощали их эликсиром долголетия, чтобы те жили как можно дольше. Сами внуки крепли физически, ведь каждой ягоде надо поклониться в пояс до земли. Проявляя заботу о старших, ребята одновременно осваивали жизненный опыт бережного обращения с природой, проникались к ней любовью и уважением. Так ненавязчиво проходило подлинное воспитание детейв духе традиций эрзянского народа.

Райский уголок, над которым Природа трудилась целое десятилетие, был изуродован в течение нескольких часов. Вздыбленная земля, изувеченные деревья, небрежно складируемые в кучи, измученные трактористы, вынужденные бесконечно останавливать трактора и с большим трудом вытаскивать из железных агрегатов зеленые кроны живых берез. Повсюду вывернутые и торчащие из земли корни деревьев. Нет слов, чтобы выразитьто, что творилось в сердце при виде этой картины.

В порядке комментария[править]

Надопризнать, что эта часть письма написана эмоционально, душещипательно, с большой любовью к родному краю. А вот втораячасть письма, а это 3,5 страницы печатного текста, посвященнаяпоискам виновных в кардавильской драме, написана агрессивно, наставительного, поучительного, воспитательного содержания.

Зато ни слова не сказано, почему возник этот «райский уголок, надкоторым Природа трудилась целое десятилетие». А возник он в результате прекращения обработки пахотной земли, т.к. её некому стало пахать и сеять. Подсобное хозяйство «Энергетик» развалилось. Появившееся в селе фермерское хозяйство просто не могло осилить обработку земель. Сельчанам достаточно и приусадебных участков, т.к. вселении живут в основном пожилые люди. Вот и стала зарастать пашня березками, сосенками, кустарниками, ягодниками и грибами. И таких земель в России – миллионы гектаров.

Кто виноват? Все, начиная с правительства Российской Федерации и кончая нами, простыми гражданами, которые оставили село и разбежались по Руси в поисках лучшей жизни. И надо благодарить тех, кто остался на селе, обрабатывает землю, отвоевывает ее от наступающего леса, как это было сотни лет назад, поддерживать тех, кто растит хлеб, картошку, сахарную свеклу, производит молоко и мясо. Ягодами и грибами сыт не будешь.

Сейчас модно стало приезжать на малую родину и «разносить» в пух и прах ее жизнь, установившиеся порядки. Возвращайтесь на село, обустраивайте его, создавайте «райские уголки», работайте на земле и живите в свое удовольствие, получайте прибыльи сверхприбыль. Этого делать никому не запрещено.

Шатки.ру, Драма Кардавиря

Баженовы. Масонство в Кардавиле[править]

Объекты культурного наследия, к которым имел отношение архитектор Василий Баженов, живший в XVIII веке, в последнее время не раз становились причиной разнообразных информационных поводов. Несколько лет назад в Москве после реконструкции открылись сразу два таких памятника: знаменитый Пашков Дом, находившийся в аварийном состоянии 20 лет, и дворцово-парковый ансамбль Царицыно, стоявший недостроенным ещё со времен Екатерины II.

Нижегородские краеведы (А.Шейкин, В.Фёдоров и другие) приписывают Василию Ивановичу Баженову проекты усадеб Пашковых в Гагинском и Сеченовских районах, охотничий домик Баташёвых в Досчатом Выксунского района, а также ряд храмов на территории области, включая церковь Александра Невского (1791 год) в Верхнем Талызине Сеченовского района. Нижегородский региональный общественный фонд деятелей культуры «Дать Понять» в рамках проекта «Места памяти Нижнего Новгорода и Нижегородской области» решил выяснить, есть ли основания для подобных предположений краеведов и связан ли вообще знаменитый зодчий с нижегородской землей. Для этого необходим экскурс в его биографию.

Итак, В.И.Баженов родился 1 марта 1737 года (по другим сведениям, в 1738 году) в Москве в семье дьяка одной из придворных кремлевских церквей. Его природный талант проявился уже в раннем детстве: рисунки молодого художника с изображениями «всякого рода зданий в древней столице» привлекли внимание архитектора Дмитрия Ухтомского, и сын церковника стал учеником его знаменитой школы. С момента основания Императорской Академии художеств Василий стал ее воспитанником и первым «пенсионером», отправленным для продолжения обучения за границу (Франция, Италия). По возвращении в Россию, Баженов стал одним из лучших практиков-строителей в Москве и Петербурге, отличаясь как искусством планировки, так и изяществом формы проектируемых зданий. Князь Г.Г.Орлов определил его в свое артиллерийское ведомство главным архитектором, с чином капитана. В этой должности Баженов построил в Петербурге здание арсенала на улице Литейной (впоследствии – здание судебных учреждений), и в Москве, в Кремле, здание арсенала и сената по Знаменке, дом Пашкова (впоследствии – Московский румянцевский музей), а в окрестностях столицы — дворец в Царицыне и Петровский дворец, построенный его помощником Матвеем Казаковым.

По воле Екатерины II, Баженов принялся за проект реконструкции Кремля, в котором, вместо стен, служащих оградой святынь и дворцов, он проектировал сплошной ряд зданий. В 1773 году состоялась торжественная закладка одного из них, но этому проекту не суждено было осуществиться: сооружение объекта было отложено и потом оставлено совсем. Такая же судьба постигла и Царицынский дворец Баженова. Екатерина, летом 1785 года, приехала на три дня в древнюю столицу, посетила работы по сооружению дворца в Царицыне и, найдя его мрачным, повелела прекратить постройку. Интересно, что народная легенда «убивает» несчастного архитектора, который якобы «удручённый горем, повесился в одной из беседок Царицынского парка». Однако это всего лишь метафора: Баженов не получил другого назначения и остался без средств к существованию.

Перемена в его служебной карьере и немилость Екатерины чаще всего объясняются масонской деятельностью Баженова. Дело в том, что кружок Новикова поручил «придворному архитектору» доложить цесаревичу Павлу o выборе его московскими масонами в верховные мастера. В этих отношениях с наследником Екатерина подозревала политические цели, и её гнев на Баженова обрушился раньше, чем на других.

Таким образом, с 1785 по 1792 годы Василий Баженов был по-настоящему «вольным каменщиком», как бы сейчас сказали, фрилансером: он открыл художественное заведение и занялся частными постройками. Поэтому вполне можно предположить, что среди его заказчиков того периода могли быть и Баташёвы, и Пашковы, благоустраивающие свои нижегородские вотчины. В этот временной диапазон вписывается и церковь Александра Невского в усадьбе Пашковых в Верхнем Талызине (сейчас – на территории Сеченовского района Нижегородской области), и охотничий домик Баташёвых в Досчатом Выксунского района, который до сих пор называют «масонским». К слову, в декоре главного усадебного дома Пашковых в Ветошкине Гагинского района эксперты также находят масонские символы, хотя строительство этого объекта началось намного позднее.

Однако в 1792 году знаменитый архитектор вновь был принят на службу по адмиралтейств-коллегии и перенес свою деятельность в Петербург. Он построил на Каменном острове дворец и церковь наследнику престола и проектировал разные специальные постройки для флота в Кронштадте. По вступлении на престол, Павел I назначил Василия Баженова вице-президентом Академии художеств и поручил ему составить проект Михайловского замка, приготовить собрание чертежей русских зданий для исторического исследования отечественной архитектуры и «представить объяснение по вопросу: что следовало бы сделать, чтобы сообщить надлежащий ход развитию талантов русских художников в Академии художеств». Эти поручения монарха датируются 1796 годом, а 22 января 1797 года Павел I подписывает указ, согласно которому зодчему были пожалованы земли в Нижегородской губернии. Таким образом, Василий Баженов и его семья стали владельцем сел Кардавиль, Корино и части села Понетаевки вместе с крестьянскими душами. Сегодня эти наследные пункты находятся на территории Шатковского района Нижегородской области.

Интересно, что именно с 1797 года Михайловский замок в Петербурге строил Ф.Н.Бренна. Это даёт ещё одно основание предполагать, что В.И.Баженов мог отправиться осмотреть свои владения в Нижегородской губернии. По крайней мере, время на это у него было: он умер 2 августа 1799 года в Санкт-Петербурге.

По сведениям краеведа Владимира Бакунина, опирающегося на материалы Арзамасского историко-художественного музея и книгу А.А.Инжутова «Краткий исторический очерк Шатковского района», село Кардавиль стало основным родовым гнездом нижегородской ветви Баженовых.

Здесь находилась усадьба, где после смерти хранился архив архитектора, а также много предметов искусства, в том числе картины западноевропейских художников, приобретенные в Италии и Испании («Пилигрим», «Вирсавия в саду», «Цилидония с отцом», «Каин убивает Авеля», «Лот с дочерьми», «Диана на охоте», «Иродиада с головой Предтечи на блюде»). Среди авторов этих полотен известные французы – Сублер «Рождество Христово», Лазарини «Семирамида» и знаменитый итальянец Тициан «Несение креста». Впоследствии все эти работы сыновья архитектора, не отличавшиеся хозяйственной сметкой и влезшие в долги, продали А.В.Ступину в его знаменитую галерею Арзамасской школы живописи.

В самом же Кардавиле – около Покровской церкви – находился и фамильный склеп Баженовых. До наших дней дошли несколько надгробий.

Одна из сохранившихся плит была установлена правнуку известного зодчего – Александру Васильевичу Баженову (1841 – 1908). Об этом потомке архитектора – видном деятеле земства и общественной жизни Нижегородской губернии удалось собрать некоторые сведения. Он начал карьеру судебным следователем в Сергачском уезде. С 1868 года – был мировым судьёй Арзамасской округи, затем – почётным мировым судьёй. В 1881 году А.В. Баженов был избран председателем Нижегородской губернской земской управы. В 1895-1905 годах – предводитель Нижегородского уездного дворянства, перед выходом в отставку – губернский предводитель дворянства.

Интернет-ресурсы[править]

Смотрите также[править]