Китеж (Большой Китеж, Китеж-град) — легендарный русский город, который, по преданию, стал невидим при нашествии Батыя и с тех пор скрыт водами Светлояра у села Владимирское в Воскресенском округе Нижегородской области.[1] Малым Китежем то же предание называет город на Волге, который отождествляют с Городцом.[1] Знают легенду по «Китежскому летописцу» — памятнику, сложившемуся в старообрядческой среде; впервые её напечатали в 1843 году, со второй половины XIX века местное предание стало известно всей России, а в XX веке — и за её пределами.[2]

Что рассказывает предание

По «Китежскому летописцу» великий владимирский князь Георгий Всеволодович, основатель Нижнего Новгорода, шёл из Ярославля вниз по Волге, пристал к берегу в Малом Китеже, двинулся оттуда сухим путём, перешёл Узолу, Санду, Санохту и Керженец и вышел к озеру Светлояру.[1] Там он повелел строить город Большой Китеж — сначала сто саженей в длину и ширину, потом велел прибавить ещё сто в длину; строили три года.[1] Затем князь приказал измерить расстояние от Малого Китежа до Большого, и оно оказалось равным ста поприщам.[1]

Дальше летописец рассказывает, что в 1238 году на Русь пришёл хан Батый; князь принял бой, но воинов было мало, и он отступил в Малый Китеж. Перед падением города Георгий ушёл ночью в Большой Китеж, а дорогу татарам показал местный житель Григорий Кутерьма, не выдержавший пыток. Город был взят, князь убит.[1]

Итог летописец подводит одной фразой, которую его составитель, как показало сопоставление текстов, почти дословно взял из Лаврентьевской летописи.[1]

Сей град Большой Китеж невидим бысть и покровен рукою божиею иже по конец века сего многомятежна и слез достойного.

— «Книга, глаголемая летописец»[1]

Как складывался образ

Привычный сегодня сюжет — город, опустившийся под воду вместе с жителями, — сложился позже самого памятника. В ранних вариантах «Сказания о градах двух Китежах» не было ни погружения в озеро, ни укрытия холмами: говорилось лишь об исчезновении города, причём не перед штурмом, а после разорения, и чудесного спасения авторский замысел не предусматривал.[2]

Светлояр в ранних вариантах — не действующее лицо, а только место, где разворачиваются события.[2] Не было имени и у Григория Кутерьмы: в позднейших списках оно появляется припиской на полях, а сам он выглядит не отпетым предателем, а сломавшимся под пыткой человеком.[2]

Устная традиция перекрыла письменную позднее, добавив красок и обработав материал в духе народной справедливости.[2]

Китежский летописец

Памятник известен в двух редакциях: краткой — «Летописец об убиении... князя Георгия Всеволодовича» — и распространённой, чаще всего озаглавленной «Книга, глаголемая летописец».[2] Изучив язык и строй сохранившихся списков, В. Л. Комарович отнёс сложение текста к концу XVII — началу XVIII века и связал его со старообрядцами-бегунами, а появление распространённой редакции — с концом XVIII века; в текст, по Комаровичу, вошли и более ранние заимствования — из святцев 1646 года, Степенной книги и местного летописания.[1][2] Его работа «Китежская легенда» вышла в 1936 году и на десятилетия определила взгляд на памятник.[2]

И. В. Нестеров, разобрав систему доказательств Комаровича, пришёл к другому выводу: у «Китежского летописца» нет корней ни в средневековом русском фольклоре, ни в более ранней письменной традиции, а создан он одним анонимным старообрядческим книжником.[2] На единственного автора указывает, в частности, оборот «но на первое слово возвращуся» — первое лицо единственного числа, тогда как в Костромском житии соответствующие места выдержаны во множественном.[2]

Основным источником составителю послужило Костромское житие Юрия Всеволодовича, опубликованное А. В. Сиреновым: оттуда и путешествие князя по Волге на лёгком судне, и основание двух городов, и чудо с иконой, и число столкновений с татарами.[2] Вспомогательными источниками были «Послание к отцу от сына», написанное в 1702 году в заузольском Спасо-Кезском монастыре, и Апокалипсис.[2]

Мотив измерения расстояния между городами по княжескому приказу во всей средневековой русской литературе встречается только в «Китежском летописце» и в надписи на Тмутараканском камне, открытом в 1792 году и опубликованном в 1794-м.[2] Отсюда Нестеров датирует памятник промежутком 1792–1794 годов, наиболее вероятным считая 1794 год.[2]

То же «Послание от отца к сыну из оного сокровенного монастыря», датированное 20 июня 1702 года, нашёл в рукописном сборнике XVIII века писатель П. И. Мельников.[1]

Что стоит за легендой

С русскими летописями «Китежский летописец» согласуется плохо. Большой Китеж он велит строить в 1165 году, тогда как Юрий Всеволодович родился в 1189-м — на двадцать три года позже.[1] Князь погиб в бою с татарами на реке Сити, а не в Китеже.[1] В тексте говорится о запустении московского царства, которого при Батые ещё не существовало, и о царствующем антихристе — это язык старообрядчества второй половины XVII–XVIII веков, а не XIII столетия.[1]

Нижегородский краевед И. А. Кирьянов искал за легендой реальную крепость. Летом 1959 года археологи-разведчики Горьковского музея-заповедника нашли в верховьях речки Ватомы, на краю керженских болот у селения Городищи, старое русское городище, окружённое мощным валом: примерно в 45–50 километрах по прямой от Светлояра и в 20 километрах к северо-востоку от Бора.[1]

Крепость кольцевая, с одним входом; периметр вала около 350 метров, высота от двух до трёх метров, стена сложена городнями — цепочкой поставленных встык и засыпанных землёй срубов толщиной около полутора метров.[1] В пробном шурфе нашли остатки сосудов XIV века. Местные жители помнили, что здесь был жестокий бой с татарами, и ссылались на кости, попадающиеся при земляных работах; отсюда, видимо, и название ручья Мосоловый.[1]

Носителями предания Кирьянов считал самих владимирцев. В журнале Казённой палаты за сентябрьскую треть 1780 года он нашёл запись о переводе села Владимирского в Козьмодемьянский уезд Казанской губернии и о том, что живёт в нём 101 однодворец — потомок служилых людей, поставленных на восточной границе страны в XVI–XVII веках.[1] Крепость на Ватоме и защищала русское население устья Оки от вторжений через заволжские леса; Писцовая книга Балахнинского уезда 1591 года отмечает, что на 180 селений приходилось 120 пустошей, «что были деревни и починки», запустевших от войны.[1]

Само имя города стоит в ряду заволжских названий: Кидекша под Суздалем, Елдеж в Борском районе, Шалдеж и Шалдежка в Семёновском, Шербаж и Синчуваж в Шахунском, Белбаж в Ковернинском.[1] По одиноко стоящей летописной записи так назван и Городец: «И сыпа город Кидекшу, той же Городец на Волзе».[1] Окончание «яр» в названии Светлояра Кирьянов связывал с финно-угорским словом, обозначающим глубину водоёма, и напоминал, что неподалёку лежат столь же глубокие, но ничем не знаменитые озёра Нестиар и Кужьмояр.[1]

Поиски города

Город искали и на суше, и под водой: археологи обследовали всю округу Светлояра, московские аквалангисты обошли дно — с одинаковым результатом.[1]

Работать под водой мешают глубины до тридцати метров и температура воды у дна всего 2–4 градуса.[3]

В конце 1960-х годов журналист Марк Баринов организовал на озере комплексную научную экспедицию и в материалах для «Литературной газеты» осторожно допускал связь легенды с рельефом дна.[3]

На одной из подводных террас вполне мог располагаться город или поселение, или монастырь, погружение которого под воду и могло послужить толчком к возникновению легенды.

— Марк Баринов, «Литературная газета»[3]

Паломничество

К Светлояру идут в день Владимирской иконы Божией Матери, 6 июля.[1] Прежде паломничество было массовым; непременной его частью был обход озера, а раньше — оползание его по кругу.[1] Приходили и православные, и старообрядцы всех толков.[1] По рассказу В. Г. Короленко, в ночь под «Владимирскую» на берегу шли массовые религиозные диспуты; последний, по словам местных жителей, состоялся в 1953 году.[1]

В 1959 году в Воскресенском районе выпустили листовку с призывом не допускать паломничества на Светлояр. В 1971 году, как описывал Кирьянов, на подступах к озеру стояли патрули, прогонявшие идущих, родник Кибелек забросали лесным мусором, а на берегу устроили шумное гулянье.[1]

Обходить озеро принято нечётное число раз с зажжённой свечой; верят, что скорбящие получат утешение, а немощные — здоровье, и что идут при этом вокруг святого града, а не вокруг воды.[3] Купаться в Светлояре не было принято: допускалось только омовение его водами на берегу — настолько высоко почиталась его чистота.[7]

Китеж в русской культуре

Известностью легенда обязана деятелям русской культуры XIX–XX веков. О Китеже писали поэты Аполлон Майков, Сергей Городецкий, Николай Клюев и Максимилиан Волошин; к нему обращались П. И. Мельников-Печерский, Максим Горький, Владимир Короленко, Константин Федин и Михаил Пришвин; в живописи он представлен у Васнецова, Рериха-старшего и Плотникова, в музыке — у Римского-Корсакова.[1][7]

Короленко приезжал в Нижегородскую губернию к озеру в 1890 году и изложил впечатления в очерковом цикле «В пустынных местах».[3]

Опера Николая Римского-Корсакова «Сказание о невидимом граде Китеже и деве Февронии» на либретто Владимира Бельского впервые прозвучала 7 февраля 1907 года в Мариинском театре.[4]

По мотивам той же легенды и симфонической картины Римского-Корсакова на «Союзмультфильме» в 1971 году сняли десятиминутную ленту «Сеча при Керженце»; её поставили Иван Иванов-Вано и Юрий Норштейн.[10][11]

Китеж сегодня

Во Владимирском работает историко-культурный и природно-ландшафтный музей-заповедник «Град Китеж». В него входят историко-художественный музей «Китеж» с краеведческими залами и сектор керамики «Град Светлый», а также музейно-туристский комплекс — многофункциональный центр с театральной сценой, выставочным залом и кинотеатром.[5] Здание комплекса выстроено в стиле княжеского терема XVII века, оба этажа расписал нижегородский художник Леонид Колосов.[5]

Спектакли, которые идут на этой сцене, ежегодно показывают 6 июля на берегу Светлояра; комплекс рассчитан и на конференции по культурной и экологической тематике.[5]

Собрание керамики «Град Светлый» существует с 2008 года. В августе 2026 года в постоянную экспозицию музея-заповедника передали работы мастеров Людмилы Жебель и её сына Мартина: её скульптуры и картины обращены к былинным образам и легендам о Граде Китеже, а он владеет технологией кристаллической глазури.[9]

5 августа 2026 года частью музея-заповедника стал Музей культуры дерева имени Е. И. Яранцева в селе Большие Отары — с залом лесоразработок, мемориальным залом лесопромышленника Яранцева, при котором в селе появилась первая школа, и экспозициями о лесосплаве, промыслах и колхозной жизни Заветлужья.[6]

6 июля, в престольный праздник Владимирской иконы, во Владимирском проходит межрегиональный фестиваль народных традиций «Град Китеж — душа России». В 2024 году он состоялся в шестнадцатый раз: концерты народных коллективов, ярмарка ручной работы, выступления оркестров и крестный ход вокруг озера со свечами.[8]

Экскурсию к самому озеру и его достопримечательностям заказывают в историко-художественном музее «Китеж»; подъезжать к воде на транспорте нельзя — машины оставляют на стоянке за 800 метров, откуда к Светлояру ведёт берёзовая аллея.[7]

Легенды о граде Китеже

Официальные нижегородские источники связывают легенду о Китеже с борьбой князя Георгия Всеволодовича против "царя Батыя".

Легенда о Китеже дошла до нас в литературной обработке старообрядцев: «Книга глаголемая летописец» в своем окончательном виде сложилась во второй половине XVIII в. в среде одного из толков старообрядцев-беспоповцев — бегунов. Но обе составные части памятника, достаточно обособленные и самостоятельные, уводят в XVII в. При этом в первой части, повествующей о князе Георгии Всеволодовиче, убиении его Батыем и разорении Китежа, отразились предания, восходящие ко временам Батыева нашествия.

Как ни легендарно сказание и как далеко не верны приводимые исторические даты, в основу его легли действительные события. «Святой благоверный и великий князь Георгий Всеволодович»— это великий князь владимирский и суздальский Георгий II Всеволодович, сражавшийся с войском Батыя и сложивший голову в неравной битве на р. Сити. Связь Малого Китежа (Городца) с именем Георгия Всеволодовича имеет вполне историческую подоплеку: с 1216 по 1219 г. (до занятия Владимирского стола) князь отъезжал туда на удел; в 1237 г., когда полчища Батыя подступили ко Владимиру, Георгий Всеволодович ушел в Ярославскую землю, в пределах которой и находились оба города — Большой и Малый Китежи и где состоялась проигранная русскими битва.

Конечно, легендарный образ князя не вполне идентичен историческому. Георгию Всеволодовичу придана вымышленная родословная: он ведет свой род от святого князя Владимира и приходится сыном святому Всеволоду Мстиславичу Новгородскому. Эта придуманная генеалогия, не соответствующая действительной родословной князя Георгия, усиливает мотив святости — ведущий мотив легенды.

Вторая часть «Книги глаголемой летописец» — «Повестъ и взыскание о граде сокровенном Китеже» — лишена всякого исторического фона, она принадлежит к типу легендарно-апокрифических памятников, трактующих о земном рае. Образ «сокровенного» града Китежа стоит где-то посредине между «земным раем» древнейших русских апокрифов и Беловодьем, легендарным счастливым краем, ставшим столь популярным среди русских крестьян в XVIII в.

Текст публикуется по списку РНБ, Q.I.1385, изданному в кн.: Комарович В. Л. Китежская легенда. Опыт изучения местных легенд. М.—Л., 1936.

Был сей святой благоверный и великий князь Георгий Всеволодович сын святому благоверному и великому князю Всеволоду, псковскому чудотворцу, что во святом крещении наречен был Гавриилом. Сей святой благоверный и великий князь Всеволод сын был великому князю Мстиславу, внук же святому и равноапостольному великому князю Владимиру Киевскому, самодержцу Русской земли. Святой же благоверный и великий князь Георгий Всеволодович — правнук святому благоверному и великому князю Владимиру.

А святой благоверный князь Всеволод сначала княжил в Великом Новгороде. Но в свое время возроптали новгородцы на него и решили сами промеж себя: князь наш, некрещеный, владеет нами, крещеными. И сотворили совет, и пришли к нему, и изгнали вон. Он же пришел в Киев к дяде своему Ярополку и сказал ему все, за что изгнан был новгородцами. А тот, узнав об этом, дал ему во владение Вышгород. И здесь уже умоляли его псковичи княжить у них, и он пришел к ним в город Псков. И по некотором времени восприял благодать святого крещения, и наречен был во святом крещении Гавриил. И пребывал в великом лощении и воздержании, а спустя один год в вечный покой отошел, 6671 (1163) года, месяца февраля в одиннадцатый день. И погребен был сыном своим благоверным и великим князем Георгием. И были чудеса многие от святых мощей его во славу и хвалу Христу, богу нашему, и всем святым. Аминь.

Сей святой благоверный князь Георгий Всеволодович по преставлении отца своего благоверного князя Всеволода, нареченного во святом крещении Гавриилом, остался на месте его по мольбе псковичей. Было же это в 6671 (1163) году. Изволил святой благоверный и великий князь Георгий Всеволодович ехать к благоверному князю Михаилу Черниговскому. И когда пришел к благоверному князю Михаилу благоверный и великий князь Георгий, то поклонился благоверному князю Михаилу и сказал ему: «Здрав будь, о благоверный и великий князь Михаил, на многие лета, сияя благочестием и верою Христовою, во всем уподобился прадедам нашим и прабабке нашей, благоверной великой княгине, христолюбивой Ольге, которая обрела самое дорогое и великое сокровище — Христа и веру его святых пророков и апостолов и святых отцов, и благоверному христолюбивому царю и равноапостольному прадеду нашему царю Константину».

И сказал ему благоверный князь Михаил: «Здрав будь и ты, о благоверный и великий князь Георгий Всеволодович, пришел ко мне с благим советом и независтливым оком. Ведь что приобрел из-за зависти к дедам нашим Святополк, который возжелал власти и убил братьев своих, благоверных и великих князей! Бориса повелел копьем пронзить, Глеба же ножем заклать, в годы княженья их. Ведь обманул он их льстиво по наущению сатаны, будто мать их при смерти. Они же, как незлобивые агнцы, уподобились благому пастырю своему Христу, не стали супротив брата, врага своего. Господь же прославил святых угодников своих, благоверных князей и великих чудотворцев Бориса и Глеба».

И князь Георгий с князем Михаилом дали друг другу целование, и праздновали духовно, и веселилися; и сказал благоверный и великий князь Георгий благоверному князю Михаилу: «Дай мне грамоту, на Руси нашей по укрепленным местам церкви божий строить и города». И сказал ему благоверный и великий князь Михаил: «Как хочешь, так и созидай церкви божий во славу и хвалу пресвятому имени божию. За такое доброе твое намерение награду примешь в день пришествия Христова».

И пировали они много дней. И когда решил благоверный князь Георгий вернуться в свой удел, тогда благоверный князь Михаил повелел грамоту написать и свою руку приложил к грамоте. И когда благоверный князь Георгий поехал во свое отечество и град, тогда благоверный князь Михаил с великою честью отпускал его и провожал. И когда были уже оба князя в пути и поклонились друг другу на прощание, то благоверный князь Михаил дал грамоту. Благоверный же князь Георгий взял грамоту у благоверного князя Михаила и поклонился ему, а тогда и тот в ответ ему.

И поехал князь Георгий по городам, и когда приехал в Новгород, повелел строить церковь во имя Успения пресвятой владычицы нашей богородицы и приснодевы Марии в год 6672 (1164). Из Новгорода поехал во Псков, город свой, где преставился отец его благоверный князь Всеволод, а во святом крещении Гавриил, новгородский и псковский чудотворец. И поехал из Пскова-града к Москве, и повелел строить церковь во имя Успения пресвятой владычицы нашей богородицы. и приснодевы Марии в год 6672 (1164). И поехал из Москвы в Переславль-Залесский, а из Переславля-града в Ростов-град. В то самое время был в городе Ростове великий князь Андрей Боголюбский. И повелел благоверный князь Георгий в городе том Ростове церковь строить во имя Успения пресвятой владычицы нашей богородицы и приснодевы Марии в год 6672 (1164), месяца мая в двадцать третий день.

Во дни великого князя Георгия начали рвы копать под основание церкви и обрели погребенные мощи святителя Христова Леонтия, епископа ростовского, чудотворца, который обратил в Ростове-граде людей в веру Христову и крестил их от мала и до велика. И возрадовался радостью великою благоверный князь Георгий, и прославил бога, давшего ему такое многоценное сокровище, и отпел молебен. И повелел ехать Андрею, князю боголюбскому, в город Муром и строить в городе Муроме церковь во имя Успения пресвятой владычицы нашей богородицы и приснодевы Марии.

Сам же благоверный и великий князь поехал из города Ростова и приехал в город Ярославль, что на берегу Волги-реки стоит. И сел в струг, и поехал вниз по Волге, и пристал к берегу у Малого Китежа, что на берегу Волги стоит, и отстроил его, и начали молить все люди города того благоверного князя Георгия, чтобы образ чудотворный иконы пресвятой богородицы Федоровской перенес в город к ним. Он же прошение исполнил. Начали петь молебен пресвятой богородице. И когда кончили и хотели образ тот нести в город, то образ не сошел с места того, нисколько не сдвинулся. Благоверный же князь Георгий, увидав произволение пресвятой богородицы, избравшей здесь место себе, повелел построить на том месте монастырь во имя пресвятой богородицы Федоровской.

Сам же благоверный князь Георгий поехал с места того сухим путем, а не по воде. И переехал реку Узолу, и вторую реку, именем Санду, и третью реку переехал, именем Саногту, и четвертую переехал, именем Керженец, и приехал к озеру, именем Светлояру. И увидел место то, необычайно прекрасное и многолюдное; и по умолению его жителей повелел благоверный князь Георгий Всеволодович строить на берегу озера того Светлояра город, именем Большой Китеж, ибо место то было необычайно красиво, а на другом берегу озера того была дубовая роща.

И советом и повелением благоверного и великого князя Георгия Всеволодовича начали рвы копать для укрепления места этого. И начали строить церковь во имя Воздвижения честного креста господня, а вторую церковь — во имя Успения пресвятой владычицы нашей богородицы и приснодевы Марии, и третью церковь — во имя Благовещения пресвятой владычицы нашей богородицы и приснодевы Марии. В тех же церквах повелел князь Георгий приделы сделать и в честь других праздников господних и богородичных. Так же и образы всех святых написать повелел.

И город тот, Большой Китеж, на сто сажен в длину и ширину был, и была эта первая мера мала. И повелел благоверный князь Георгий еще сто сажен прибавить в длину, и стала мера граду тому в длину — двести сажен, а в ширину — сто сажен. А начали город тот каменный строить в год 6673 (1165), месяца мая в первый день, на память святого пророка Иеремии и иже с ним. И строился город тот три года, и построили его в год 6676 (1167), месяца сентября в тридцатый день, на память святого священномученика Григория, епископа Великой Армении.

И поехал в Малый Китеж, что на берегу Волги стоит, благоверный князь Георгий Всеволодович. И по построении городов тех, Малого и Большого, повелел он измерить в поприщах, сколь много они расстояния меж собою имеют. И по повелению благоверного князя Георгия намерили сто поприщ. И благоверный князь Георгий Всеволодович, узнав сие, воздал славу богу и пресвятой богородице и повелел также и книгу летописец написать. А сам благоверный и великий князь Георгий повелел всю службу отслужить. И молебен пропев пресвятой богородице Федоровской, по совершении службы той, отплыл в струге своем в путь свой в прежде упомянутый город свой Псков. Народ провожал его с великой честью; и, попрощавшись с ним, отпустили.

Благоверный же князь Георгий Всеволодович, приехав в город свой, прежде названный Псков, много дней пребывал в молитве, и в посте, и в бдении, и раздал много милостыни нищим, и вдовицам, и сиротам. А по построении городов тех прожил семьдесят пять лет.

Было же в год 6747 (1239). Попущением божиим, грехов ради наших, пришел на Русь войной нечестивый и безбожный царь Батый. И разорял он города, и огнем пожигал их, и церкви божий тоже разорял, и огнем пожигал. Людей же мечу предавал, а малых детей ножом закалывал, младых дев блудом осквернял. И был плач великий.

Благоверный же князь Георгий Всеволодович, слышав обо всем этом, плакал горько. И, помолившись ко господу и пресвятой божией матери, собрал свое воинство, и пошел против нечестивого царя Батыя с воинами своими. И когда вступили в сражение оба воинства, была сеча великая и кровопролитие. В ту пору у благоверного князя Георгия было мало воинов, и побежал благоверный князь Георгий от нечестивого царя Батыя вниз по Волге в Малый Китеж. И долго сражался благоверный князь Георгий с нечестивым царем Батыем, не пуская его в город свой.

Когда же наступила ночь, тогда благоверный князь Георгий вышел тайно из этого города в Большой град Китеж. Наутро же, когда проснулся тот нечестивый царь, то приступил приступом с воинами своими к городу и захватил его. И всех людей в городе этом побил и порубил. И, не найдя благоверного князя в городе том, начал мучить одного из жителей, а тот, не вытерпев мук, открыл ему путь. Тот же нечестивый погнался вослед князю. И когда пришел к городу, напал на него со множеством своих воинов и взял тот город Большой Китеж, что на берегу озера Светлояра, и убил благоверного князя Георгия, месяца февраля в четвертый день. И ушел из города того нечестивый тот царь Батый. И после него взяли мощи благоверного князя Георгия Всеволодовича. И после того разорения запустели города те, Малый Китеж, что на берегу Волги стоит, и Большой, что на берегу озера Светлояра.

И невидим будет Большой Китеж вплоть до пришествия Христова, что и в прежние времена бывало, как свидетельствуют жития святых отцов, патерик Монасийский, и патерик Скитский, и патерик Азбучный, и патерик Иерусалимский, и патерик Святой Горы, а эти святые книги, в которых писаны жития святых отцов, согласны в том, что сокровенная обитель не едина, но есть много монастырей, и в тех монастырях многое множество святых отцов, точно звезд небесных, просиявших житием своим. Как песка морского невозможно исчесть, так и невозможно все описать. Именно о них, провидя духом святым, блаженный пророк Давид-царь, удивляясь, вопиет духом святым, в богодухновенной книге своей Псалтыри говорит: «Праведник, как пальма, цветет и, как кедр ливанский, возвышается; насажденные в доме господнем, они цветут во дворах бога нашего».

И еще тот же пророк царь Давид: «Возвышенны для меня помышления твои, боже, как велико число их; стану ли исчислять их, но они многочисленнее песка». О них, провидя духом святым, блаженный апостол Павел в своем послании говорит, провидя; такое слово к нам обращает: «Скитались в овчинных и козьих кожах, терпя лишения, скорби, озлобления, те, которых не был достоин весь мир». То же слово изрек и святой Иоанн Златоуст, в поучении своем говорит в неделю третью поста. То же слово обращает к нам, провидя, святой Анастасий с горы Синайской. Это же слово апостольское обращает к нам, провидя, и преподобный отец наш Иларион Великий, о святых он пишет: «И так же в последние времена будет: грады и монастыри сокровенные будут, потому что антихрист царствовать начнет в мире, Тогда побегут в горы, и в вертепы, и в пропасти земные». И человеколюбивый бог не оставит тогда хотящего спастись. Усердием, и умилением, и слезами все получает человек у бога. Самого спасителя божественные уста возвестили в пресвятом Евангелии, что «все имущему и хотящему спастись дастся».

И по убиении святого и благоверного и великого князя Георгия Всеволодовича, и по погребении честных мощей его, в год шестой пришел тот царь Батый воевать в русское царство. Пошел же против Батыя-царя благоверный князь Михаил Черниговский с боярином своим Феодором. И когда сразились оба воинства, было кровопролитие великое. И убил тот нечестивый царь Батый благоверного и великого князя Михаила Черниговского с боярином Феодором в год 6750 (1241), месяца сентября в двадцатый день. И после убиения благоверного князя Михаила Черниговского через два года убил благоверного князя Меркурия Смоленского тот нечестивый царь Батый в год 6755 (1246), месяца ноября в двадцать четвертый день. И было запустение московского царства, и прочих монастырей, и того града Большого Китежа в год 6756 (1248).

Если какой человек обещается истинно идти в него, а не ложно, и от усердия своего поститься начнет, и многие слезы прольет, и пойдет в него, и обещается лучше голодной смертью умереть, а его не покинуть, и иные многие скорби претерпеть и даже смертию умереть, знай, что спасет бог такового, что каждый шаг его будет известен и записан будет ангелом. Ибо на путь спасения пошел, как свидетельствуют о том книги, такие, как патерик Скитский. Был некто отец, и обратил он одну блудницу от блуда. Блудница же пошла с ним в монастырь. И пришла ко вратам монастыря того, и умерла. И была спасена. И другая также отошла в пустыню с отцом, и умерла. И приняли ангелы душу ее, и возвели по лестнице на небо.

Также и с тем человеком. Если случится и умереть ему, — по божественному Писанию рассудится. Ибо бегущий тот духовно подобен спасающемуся от блудницы вавилонской, темной и полной скверны мира сего, о чем святой Иоанн Богослов написал в «Откровении», книге своей. О последнем времени говорит он как о жене, сидящей на звере семиглавом, нагой и бесстыдной. В руках же своих она держит чашу, полную всякой скверны и смрада исполненную, и подает ее в мире живущим и любящим это, — в первую очередь патриархам, царям, и князьям, и воеводам, и всяким властителям богатым, и всем людям в мире сем суетном, любящим сладость его.

Тому же, кто хочет и желает спастись, подобает бежать мира и сладости его. Как сказал тот же Иоанн, провидя духом святым: «Жена побежит в пустыню, и змей будет гнаться по следу ее, тот, что совращает с правого пути хотящего жить смиренно и духовно». И тот проклятый змей учит широким и пространным путем ходить, стезею злобы, и сбивает с правого пути, и совращает, и велит жить растленной жизнью, и устрашает по правому пути ходящих.

Но того, кто хочет, и ищет, и желает спасения, того человека наиболее вразумляет благодать божия, и помогает ему, и учит, и ведет его на совершенное духовное смиренное житие. Ибо никто никогда и нигде не оставлен был господом. Когда бы ни призвал, услышан был им. И когда ни попросит, не будет ли прият им? И чего не взыщет, не обрящет ли у него? Ибо всех приемлет господь, к нему приходящих, с радостью и всех призывает. Ведь обычно даже силы на небесах не видят лицо божие. А когда грешник на земле покается, тогда ясно зрят лицо Христово силы все небесные, и открывается слава божества его, и видят лицо его. Ибо единой ради души грешной кающейся радость бывает на небесах всем силам небесным и всем святым его. А силы — это ангелы и архангелы, херувимы и серафимы, начала, и власти, и господствия. А святые — это вот кто: пророки, и апостолы, и святители, и преподобные, и праведники, мученики, и мученицы, и другие святые. Ради единого грешника покаяния бывает радость всем силам небесным и всем святым его.

А не хотящего, не тщащегося, не желающего получить спасение себе не понуждает господь нуждою и неволею. Но по усердию и по произволению сердца все творит господь человеку. Когда кто нелицемерным умом и верою непоколебимою даст обет и не будет помышлять ни о чем суетном в себе, тогда, если даже и возвратится вспять, не поведав ни отцу, ни матери, ни сестрам, ни братиям, то и такому открывает господь путь и направляет его в таковое благое и тихое пристанище молитвами преподобных отцов наших, что трудятся день и ночь непрестанно. Молитва их уст, как кадило благоуханное. Молятся они и о хотящих спастись искренним сердцем, а не ложным обетом. И если кто хочет спастись и молится, кто обратится к ним, такового приемлют с радостию как наставляемого богом.

И хотящему идти в таковое место святое никакого помысла не иметь лукавого и развращенного, смущающего ум и уводящего на сторону мысли того человека, хотящего идти. Крепко блюдись мыслей злых, стремящихся отлучить от места того. И не помышляй о том да о сем. Такого человека направит господь на путь спасения. Или извещение придет ему из града того или из монастыря того, что сокрыты оба, град и монастырь. Есть ведь и летописец-книга о монастыре том. К первому слову возвращусь.

Если же пойдет, и сомневаться начнет, и славить везде, то таковому закроет господь град. И покажется он ему лесом или пустым местом. И ничего таковой не получит, но только труд его всуе будет. И соблазн, и укор, и поношение ему будет за это от бога. Казнь приимет здесь и в будущем веке, осуждение и тьму кромешную за то, что над таковым святым местом надругался, над чудом, явившимся под конец века нашего: стал невидим град подобно тому, как и в прежние времена было много монастырей, сделавшихся невидимыми, об этом было писано в житиях святых отцов, там подробнее прочтешь.

И сей град Большой Китеж невидим стал и оберегаем рукою божиею,— так под конец века нашего многомятежного и слез достойного покрыл господь тот град дланию своею. И стал он невидим по молению и прошению тех, кто достойно и праведно к нему припадает, кто не узрит скорби и печали от зверя-антихриста. Только о нас печалуют день и ночь, об отступлении нашем, всего нашего государства московского, ведь антихрист царствует в нем и все его заповеди скверные и нечистые.

О запустении града того рассказывают отцы, а они слышали от прежних отцов, живших после разорения града и сто лет спустя после нечестивого и безбожного царя Батыя. Ибо тот разорил всю ту землю заузольскую и села и деревни огнем пожег. И лесом поросла вся та страна заузольская. И с того времени невидим стал град тот и монастырь.

Сию книгу-летописец мы написали в год 6759 (1251), и утвердили собором, и предали святой божией церкви на укрепление всем православным христианам, хотящим прочитать или послушать, а не похулить сего божественного писания. Если же какой человек надругается или насмеется над сим, нами утвержденным, писанием, да знает таковой, что он не нас похулил, но бога и пречистую его матерь, владычицу нашу богородицу и приснодеву Марию. В ком же славится, и величается, и поминается великое имя ее, матери божией, тех и она соблюдает, и хранит, и покрывает дланию своею, молитву за них сыну своему принося: «Не оставь в презрении моего, о сын любезный, прошения. Ты, кто кровью своею омыл весь мир, помилуй и сих и сохрани и соблюди призывающих имя мое с верою несомненною и чистым сердцем». И потому господь покрыл их своею рукою, о чем мы и написали, и утвердили, и известили.

И к сему нашему постановлению ни прибавить, ни убавить и никак не изменить, ни единую точку или запятую. Если же кто прибавит или как-нибудь изменит, да будет, по святых отцов преданию, проклят, по преданию известивших о сем и утвердивших. Если же кому это неверным мнится, то прочти прежних святых жития и уведай, что было много в прежние времена сего. Слава в троице славимому богу и пречистой его богоматери, соблюдающей и хранящей место оно, и всем святым. Аминь.

Источники

  1. opentextnn.ru — Открытый текст — И. А. Кирьянов. Как возникла легенда о граде Китеже?
  2. opentextnn.ru — Открытый текст — И. В. Нестеров. Китежский летописец: проблема авторства, источников и времени составления (V Городецкие чтения, Городец, 2004) (архив)
  3. nnews.nnov.ru — Анастасия Смирнова. Волшебное место притяжения. Легенда о граде Китеже жива спустя более 800 лет, 20 сентября 2023 (архив)
  4. mariinsky.ru — Мариинский театр — Сказание о невидимом граде Китеже и деве Февронии: опера в четырёх действиях
  5. kitezh.info — Музей-заповедник «Град Китеж» — О музейно-туристском комплексе «Град Китеж» (архив)
  6. kitezh.info — Музей-заповедник «Град Китеж» — Музей культуры дерева: деревянное сердце Заветлужья теперь в «Граде Китеже», 5 августа 2026
  7. kitezh.info — Музей-заповедник «Град Китеж» — Светлояр (архив)
  8. Время Н — 16-й фестиваль народных традиций «Град-Китеж» прошёл на озере Светлояр, 7 июля 2024
  9. kitezh.info — Музей-заповедник «Град Китеж» — В постоянную экспозицию музея-заповедника переданы произведения гончарного искусства, 21 августа 2026
  10. film.ru — Фильм.ру — Сеча при Керженце (1971)
  11. old.multfest.ru — Большой фестиваль мультфильмов — Сеча при Керженце: Иван Иванов-Вано, Юрий Норштейн, «Союзмультфильм», 1971