Фёдор Бедин — различия между версиями


Материал из Энциклопедия Нижнего Новгорода

Перейти к: навигация, поиск
(Новая страница: «Фёдор Анлреевич Бедин(1888 – 1969) - мастер хохломской росписи Затейщиком да чудодеем прослы…»)
 
Строка 14: Строка 14:
 
Снаружи и внутри хозяин расписал его веселыми яркими красками. Разукрашены были стены и двери, шкафчик, чайник и тарелки, даже вёдра на лавке – всюду вилась бединская «золотая травка». Не дом – сказка. К великому сожалению, он выгорел засушливым летом 1972 года. Но имя замечательного мастера не забыто в хохломских краях. Его и сейчас произносят с особым почтением.
 
Снаружи и внутри хозяин расписал его веселыми яркими красками. Разукрашены были стены и двери, шкафчик, чайник и тарелки, даже вёдра на лавке – всюду вилась бединская «золотая травка». Не дом – сказка. К великому сожалению, он выгорел засушливым летом 1972 года. Но имя замечательного мастера не забыто в хохломских краях. Его и сейчас произносят с особым почтением.
  
[[Категория:Места]]
+
[[Категория:Люди]]

Версия 19:40, 13 ноября 2009

Фёдор Анлреевич Бедин(1888 – 1969) - мастер хохломской росписи

Затейщиком да чудодеем прослыл с молодых лет мастер хохломской росписи Федор Бедин. И жизнь у него была неуемная – деятельная, яркая, хотя пришлось претерпеть немало обид и напастей, в полном соответствии с красноречивой фамилией. Родился он в крестьянской семье в деревне Большие Бездели и уже с восьми лет работал в ложкарной мастерской вместе с отцом. Руки у него были золотые, справлялись с любым делом. В юные годы Бедин всерьез увлекся резьбой по дереву.

Слава о его искусстве разнеслась по всей округе. И молодой мастер получил ответственный заказ – изготовить резной иконостас для церкви в селе Новопокровском. И так захватила Бедина эта работа, что трудился он чуть ли не сутки напролет. Прошло больше года, прежде чем покрашенный бронзовым порошком и покрытый лаком иконостас был установлен в храме. Вспыхнули свечи – и бронза засияла золотом. Народ потянулся в церковь поглядеть на этакую красоту. Боком потом вышел Федору Андреевичу тот церковный заказ. Но он вовсе не посчитал нужным каяться и отрекаться, когда при выдвижении кандидатом в депутаты Верховного Совета СССР в 1937 году его укоряли в пособничестве попам. А ведь это считалось тогда серьезной провинностью и даже вредительством. И, разумеется, депутатом он не стал. Художественной росписью Бедин увлекся уже в зрелые годы, после того как побывал на Гражданской войне – брал штурмом Перекоп и гнал белые рати из Крыма. Ему было далеко за тридцать – не в подмастерьях бы ходить, а он решительно переступил порог мастерской Степана Федоровича Красильникова, чтобы стать учеником знаменитого мастера. Новое дело было освоено им быстро, однако Бедин наотрез отказался работать по трафарету, как тогда водилось. Ему захотелось выработать приемы живого письма, одухотворить растительный орнамент. И очень помогли в этом беседы с известным художником Петром Кончаловским, приехавшим в 1935 году в Покровское. Они подружились. В мастерской Бедина Кончаловский написал картину «Хохломская роспись», на которой изобразил жену и дочь Федора Андреевича с еще одной мастерицей расписывающими деревянную посуду. Эта картина доныне хранится в музее города Семёнова. Часто повторяя свой девиз: «Живи просто – проживешь лет до ста», Бедин много экспериментировал. Неистощимая фантазия позволяла ему находить все новые и новые варианты травных орнаментов, создавать выразительные композиции из полевых и лесных цветов, ягод, ветвей, используя все многообразие богатств родной природы Вместе с Николаем Григорьевичем Подоговым и его братьями Никандром и Анатолием Бедин в 30-е годы прошлого века придал старинному хохломскому промыслу новую свежесть и красочность, обогатил его разнообразием изощренных узоров, которые стали высокими образцами искусства хохломской росписи. Подвижничество Федора Андреевича особенно проявилось в годы Великой Отечественной войны, когда он, по сути, спас уникальный промысел от гибели и забвения. Все ведущие мастера в то время были призваны на фронт, в артелях и мастерских не осталось никого, кто бы мог продолжать работу. И вот тогда Бедин берется организовать профтехшколу и возглавляет отделение художников. В 1943 году, в самый разгар войны, школа открылась. Туда пришли подростки, не умевшие держать кисть в руке. И как же много труда пришлось приложить мастеру, чтобы юные ученики прониклись любовью к народному искусству, овладели приемами росписи, сумели отличать подлинную красоту от подделки. Нередко Федор Андреевич приходил по вечерам к молодежи в общежитие и вел задушевные беседы о необходимости сохранения того духовного наследия, что веками сохранялось крестьянством. Многие из воспитанников Бедина стали превосходными художниками и просто достойными людьми. Жил Федор Андреевич в Новопокровском. И для всех был приметен его дом с рябиной под окнами. Снаружи и внутри хозяин расписал его веселыми яркими красками. Разукрашены были стены и двери, шкафчик, чайник и тарелки, даже вёдра на лавке – всюду вилась бединская «золотая травка». Не дом – сказка. К великому сожалению, он выгорел засушливым летом 1972 года. Но имя замечательного мастера не забыто в хохломских краях. Его и сейчас произносят с особым почтением.